Единственный лайв-сет немецкого диджея и электронного музыканта в России по случаю презентации нового альбома "From Then On" состоялся в Екатеринбурге: 29-ого сентября дважды лучший диджей планеты Пол ван Дайк прилетел только на одну ночь (сразу после Нью-Йорка), а на следующий день отбыл в Австрию, не посетив при этом ни Москву, ни Санкт-Петербург.
Накануне выхода на сцену екатеринбургского "Теле-клуба" Пол ван Дайк эксклюзивно дал интервью местному музыкальному редактору Geometria.ru Евгению Свалову.

Geo: Пауль, привет! К процессу записи альбома «From Then On» ты подошёл по-новому — вместо перерыва в гастролях и временного затворничества в студии ты импровизировал на сцене, тестировал наброски треков и на основе отклика публики сразу дорабатывал их. Почему ты выбрал именно такой подход?

Paul van Dyk: Для меня всегда было важно взаимодействие с публикой. Ещё более значимым оно стало, когда я отошёл от традиционных диджейских сетов и стал играть более сложные лайвы.

С одной стороны, у меня в голове всегда есть полная картина того, какую композицию я хочу записать, но с другой стороны, когда я играю её на стадии наброска и чувствую эмоциональный отклик, то мгновенно вижу эту композицию не как отдельное произведение, а как часть сета, и понимаю, как и куда она может интегрироваться, когда я снова будут играть лайв.

И, конечно, непосредственный отклик танцпола очень ценен для меня — не нужно ждать выхода сингла или альбома, чтобы почувствовать реакцию людей.

Мне хотелось ещё больше усилить связь между студийным и концертным процессами, и в работе над «From Then On» всё сложилось, как нужно — я очень доволен логичным, эволюционным развитием и этим новым подходом.

Geo: Справедливо сказать, что фактически все люди на всех танцполах, где ты играл новые фрагменты, вошедшие в треклист «From Then On», и импровизировал — теперь твои соавторы?

Paul van Dyk: Думаю, что «соавторы» — это всё же слишком сильно сказано. Моя публика — один из самых сильных источников вдохновения, и да, каждый бывавший на моих шоу оказал долю влияния на звучание треков, что они в своих финальных версиях на альбоме звучат именно так.

Но я бы скорее связал это с моим глобальным источником вдохновения, а не совместным творческим процессом, то есть композиционными работами, аранжировкой и всеми теми шагами, которые делаются при записи.

Geo: Какова вероятность, что твои впечатления от выступления в Екатеринбурге лягут в основу одной из твоих будущих композиций?

Paul van Dyk: Вероятность высока, она ничуть не меньше, чем в других городах.

Часто бывает, что у меня в памяти остаётся какая-нибудь особенная деталь выступления, но остаётся очень отчётливо — и из этого небольшого отрезка воспоминаний потом формулируется музыкальная зарисовка. Я могу испытать прилив вдохновения, просто вспомнив одну из таких деталей.

Geo: Пожалуйста, расскажи чуть больше о смысле названия альбома «From Then On» и его концепции. Космическое оформление обложки связано с планетой Зенон, или это игра слов?

Paul van Dyk: Как вы наверняка знаете, в прошлом году со мной произошла не самая удачная история, я получил серьёзные травмы, что чуть не умер. Процесс восстановления был очень трудным, и он не закончился, мне многое ещё предстоит пройти.

Но, как бы там не произошло, эта ночь ознаменовала новый этап моей жизни, разделив её на «до» и «после», потому что вернуться к прежнему ритму, прежнему графику я уже не смогу.

Я стал ценить не какие-то отдельные моменты жизни, а всю её целиком, с различными не всегда радостными и приятными эпизодами, но ведь я жив и это происходит со мной — помня, что моя жизнь могла закончиться в прошлом году, я с огромной благодарностью принимаю всё, что у меня есть каждый день сейчас.

«From Then On» означает «С того момента» — и вы понимаете, о каком моменте я говорю. Альбом посвящён этой новой точке отсчёта в моей жизни, все треки записаны после моего возвращения домой. С того момента я стал намного больше ценить даже небольшие будничные радости, как, например, возможность совершить прогулку.

Космическое оформление, скорее, сопутствующая деталь — музыка, которую я создаю и играю, располагает к фантазиям на тему подобных путешествий.

Geo: «From Then On» — очень личный альбом, в то же время из 14 треков ты записал полностью самостоятельно только 3, и ещё 11 — в соавторстве с коллегами-музыкантами и вокалистами. Почему их участие было для тебя важно?

Paul van Dyk: Музыкальная семья моего лейбла VANDIT Records постепенно увеличивается. Мы постоянно отслеживаем, что происходит на сцене, причём не только внутри наших основных жанров — часто возникают идеи, которые мы могли бы воплотить вместе, но которые не лежали на поверхности, не были очевидными.

Из недавних дебютантов это Leroy Moreno и James Cottle, ещё раньше — Chris Bekker и многие другие. Они компетентны как самостоятельные музыканты, их авторские работы успешно издавались у нас, эти музыканты стали частью «семьи VANDIT».

У меня были идеи, как задействовать их в работе над отдельными композициями альбома, и всё получилось, потому что мы регулярно ездим вместе в туры, это — мой «ближний круг», который действительно сильно вовлечён в наши командные дела, в том числе и в студийные.

Создавать музыку — одна из самых чудесных возможностей и одно из самых увлекательных занятий, которые только существуют. А когда это происходит вместе с друзьями-композиторами, что я ещё более счастлив.

Geo: После возвращения из госпиталя и возобновления гастрольных поездок ты побывал во многих вдохновляющих местах, собирал новые впечатления, созерцал атмосферу разной жизни. Возможно, пришло время для нового саундтрека? Со времён Zurdo прошло уже 15 лет, а ты всё больше внимания уделяешь визуальной составляющей твоих выступлений.

Paul van Dyk: Это весьма вероятно, я хотел бы повторить и развить подобный опыт. Однако необходим какой-то очень сильный кинематографический проект, чтобы я почувствовал, что смогу дополнить его эмоциональное воздействие при помощи музыки, усилив визуальный ряд.

Я много внимания уделяю в том числе и видео-составляющей моих выступлений, это правда, но это другое, а мой приоритет — музыка, поэтому как-то всерьёз заниматься собственными кинематографическими поисками не планирую.

Что касается саундтрека, то подобный процесс ещё и крайне затратен по времени, то есть для реализации такого проекта всё должно совпасть, в том числе и мой график.

Geo: Недавно в городах России состоялись показы нового фильма «Эпоха танцев», рассказывающего о постепенном проникновении электронной музыки из Германии сначала в Прибалтику, а затем и дальше на восток СССР в конце 1980-х. Ключевыми фигурами того периода в Германии в фильме представлены Индулис Билзенс и WestBam. Ты на сцене примерно с тех же времён — кого ещё назовешь из героев «электронной Германии»?

Paul van Dyk: С Индулисом Билзенсом я не знаком. Вестбам, по моим воспоминаниям, скорее оказал влияние на распространение немецкой музыки за пределами страны, чем на формирование сцены внутри самой Германии.

Если вспоминать именно тех, кто в ранние 1990-е активно поднимал электронную танцевальную музыку в стране, то я бы назвал Свена Фэта (Sven Vaeth), Маркуса Лёффеля (Marc Spoon) и Гаральда Блюхеля (Cosmic Baby). Не буду скромничать, я также был активен.

Вестбам, безусловно, сделал очень много. Однако, на мой взгляд, он всегда был героем своей, довольно закрытой, нишевой тусовки, которая не претендовала на массовость и тем более не стремилась к ней.

Geo: Начало мирового тура «From Then On» в Нью-Йорке было живописным — ты выступал на сцене, похожей на театральную, при участии двух дополнительных клавишников. Также ты неоднократно участвовал в спецпроектах с различными оркестрами. Какое значение для тебя имеет классическая музыка и её взаимное влияние с электронной? В России люди с классическим музыкальным образованием часто иронизируют о клубной музыке, называя её примитивной.

Paul van Dyk: Не могу согласиться с такой точкой зрения. Хорошая электронная музыка, во-первых, оказывает на слушателя воздействие, сравнимое по силе с классической — она вызывает яркие эмоции.

Во-вторых, возможно, им просто не встречались какие-то амбициозные проекты, где и тот, и другой жанры могли бы полностью раскрыться и обогатить друг друга.

Мы готовили отличные инструментовки, оркестровки, подбирали всё для оптимальной сочетаемости — я настолько увлекался этими совместными проектами, что после каждого из них замечал за собой желание использовать аналогичные ходы, приёмы в процессе создания своих новых треков.

Классическая музыка оказала влияние на меня как на электронного композитора, и продолжает влиять.

Что касается тура «From Then On», в Нью-Йорке мы добавили ещё музыкантов, долю театральности и дополнительных декораций, потому что было такое желание — разнообразить, и позволяла площадка.

Думаю, в последние годы это очевидно — я играю более сложные лайвы, они воспринимаются уже скорее как концерты, а не только клубные сеты. Я осваиваю новые жанровые пространства, выхожу и к новым слушателям.

Geo: Российская электронная сцена сегодня имеет тенденцию к раздроблению — и музыканты, и публика группируются небольшими сообществами, меньше общаются и знают друг о друге. Такие сообщества делают свои вечеринки в маленьких клубах на 100-150 человек, а крупные фестивали случаются реже, всего пару раз в год. На твой взгляд, можно ли это считать негативной тенденцией? Ты бы выступал сегодня в клубе на 100 человек?

Paul van Dyk: Я перестал придавать значение размерам, масштабам площадок. Важно, что публика пришла в это место и к этому времени, чтобы участвовать в чём-то увлекательном, интересном для неё.

Другое дело, когда люди по разным причинам теряют широту кругозора, начинают ограничивать себя, сознательно или нет.

Например, когда человек, считающий себя фанатом драм-н-бейса, отказывает себе в удовольствии послушать отличный транс сет. Да, это другая музыка, но целенаправленно дистанцироваться, закрываться от всего другого? На мой взгляд, это ошибочно.

Во всех жанрах электронной музыки сегодня трудится огромное количество талантливых, великолепных людей — зачем отказываться от знакомства и взаимодействия с ними? Да, вам может быть не так симпатичен какой-то жанр, но что если именно в нём себя нашли близкие вам по духу, по менталитету люди

Ваши единомышленники в конечном итоге могут быть ценны для вас и вне музыки, а в повседневной жизни, или в каком-то будущем проекте.

Я все эти годы в музыке постоянно веду себя, как пешеход на перекрёстке — смотрю направо, смотрю налево, регулярно слушаю что-то совершенно незнакомое, держу своё сознание открытым к восприятию всего нового.

Да, сегодня транс и связанные с ним жанры — по-прежнему мои фавориты, но я продолжаю находить вдохновение и в абсолютно других сферах, где также творят композиторы. Подобные открытия подстёгивают мой исследовательский интерес в мире звука.

Geo: Каталог твоего лейбла VANDIT постепенно пополняется треками российских музыкантов. Какова вероятность, что однажды в Россию приедет VANDIT Night во главе с тобой и в расширенном составе артистов лейбла?

Paul van Dyk: Безусловно, мы будем очень рады приехать в Россию, мне нравится эта идея — задействовать блок российских артистов VANDIT и дополнить его нашим международным составом, сформировать особенную команду на несколько ночей.

Думаю, те организаторы, которые содействуют мне с российскими выступлениями, получают и обратную связь от российской публики на тему большой ночи лейбла — мы готовы оказать всю помощь и поддержку, если поступит подобный запрос из России.

Текст: Евгений Свалов (4Mal, «Русская кибернетика»)

Редакция Geometria.ru-Екатеринбург выражает благодарность Tele-Club Touring за содействие в организации интервью.

Теги: trance, progressive trance, paul van dyk, uplifting trance, vandit, melodic progressive, from then on

Evgeny Svalov 
29 вересня